Началась 10-дневная тренировочная программа курсантов, в которую также входят первые подъемы на мачты, и очень сложно не заметить, как сильно они этого ждут. Их взоры постоянно направлены наверх, на мачты и реи. Мыслями своими, они давно уже там, на повестке дня один вопрос: каково там, на самом верху? А что им ответишь: попробуй — узнаешь! А сам мимолетом вспоминаешь как это было у тебя, и понимаешь, что для них, курсантов, это сейчас самое первое и ответственное испытание на прочность. Этот день не заставил себя долго ждать. Все готово.

— Курсантскому составу тренировочные подъемы на мачты начать!

В воздухе чувствуется адская смесь тестостерона и адреналина. Для многих курсантов первый подъем стал нешуточным испытанием. Встречаются и те, кому так и не удается преодолеть страх высоты, и они остаются работать на палубе. Но самое страшное это не боязнь высоты, а оказаться при этом на мачте и испугаться спуститься. Во время тренировочных подъемов необходимо выявить тех курсантов, кто действительно сильно боится высоты и скрывает это — никому не хочется выглядеть слабаком.

— Первый пошел!

Это завораживающая картина, не проходит и несколько минут, как все мачты становятся полностью облепленными крошечными человеческими фигурками, как пальмы (так ласково называют мачты) обезьянами. Ты стоишь наверху и встречаешь все новых и новых кадетов.

— С первым подъемом тебя! Поздравляю! Не забываем про страховку.

Северное море

Входим в Северное море. Зимой здесь климат достаточно суровый, и штормов, думаю нам, не избежать. Как же хочется уже тепла и ласкового солнца!

Началась качка, страдающие от морской болезни, а это почти весь курсантский состав (я тоже не был исключением), носятся по коридорам в гальюн «звать ихтиандра». Мутит так, что буквально все вызывает тошноту и отвращение. Морскую болезнь невозможно вылечить, к качке можно только привыкнуть, но для этого нужно время, и его у нас хоть отбавляй. Даже сравнительно спокойное море может вызывать морскую болезнь, что уж тут говорить о штормовой погоде. Возникает она при сочетании различных видов качки: бортовой, поперечной, килевой, продольной или вертикальной. Есть различные способы противостояния болезни. При первых признаках тошноты хорошо помогает лимон или соленый огурец, вобщем любые кислые или соленые продукты. Можно сфокусировать взгляд на ровный горизонт. Ну а если совсем невмоготу, спуститься в каюту, лечь в койку и постараться уснуть, но не забывая при всем этом, что принимать пищу необходимо несмотря на полное отвращение. Желудок не должен быть пустым. Со временем ваш организм немного провыкнет и адаптируется. «Парусный аврал, парусный аврал, парусный аврал! Все наверх!». Выбежать на палубу, переборов тошноту, это одно, а вот подняться наверх, да еще и в шторм — это совсем другое. Вот тут и понимаешь всю реальность морской жизни. Шквалы, ветра такие, что дождь идет параллельно палубе. Один из парусов словно взбесился, укрощали его почти всей палубной командой. Набухшие канаты выскальзывают из рук как намыленные. Свист завывающего ветра, соленые брызги в лицо, появляется кураж, ты и стихия — вот она борьба. И ты стоишь плечом к плечу, уже не чувствуя ни ветра, ни дождя. Только бы удержаться, если хлестанет, сразу за борт улетишь. И мы держались, все как один, как единое целое, как настоящие мореплаватели давно минувших лет.

Город мостов и каналов

На шестые сутки взяли на борт лоцмана и через час отшвартовались в порту г. Зеебрюгге. Земля! Неподдельная радость. Сходишь на берег с ощущением нетвердости походки, продолжает немного качать. Начинаешь понимать смысл высказываний о моряках и об их странной и развалистой походке. ... Курс на острова

Море зовет. Четыре дня проведенных в Зеебрюгге и Брюгге, пролетели словно один миг. Швартовы отданы и взят новый курс на Канарские острова, на остров Санта-Крус-де-Тенерифе, с продолжительностью перехода в 11 суток. Выйдя из бухты, мы поймали попутный ветер и поставили почти все паруса. Судно резко увеличило ход и накренилось градусов на 15. Спать стало совсем неудобно: ноги выше головы. Метод спасения прост, берешь подушку и перекладываешь ее на другую сторону койки. Все в порядке, ты как в шезлонге, романтика! В каюте всегда все крепится по-штормовому, но иногда и это не спасает. И все летит вверх дном. Бывает, что и самому-то устоять очень сложно, а что уж говорить о всевозможных предметах быта: так и летаешь вместе со всеми вещами и предметами. Идем через Ла-Манш. Стоя на палубе и наблюдая по одному борту Англию, по другому Францию, испытываешь огромное желание причалить к какому-нибудь из берегов, но увы ты еще не капитан, да и корабль наш не частная яхта — так и проплывают манящие величественные берега перед нами. А вот уже и Бискайский залив.

Готовимся к заходу в порт. Сегодня на корабле большая приборка — банный день. Это означает, что мыться и драиться будет буквально все и вся. Очень радует то, что погода, по мере нашего продвижения на юг, становится все теплее. Особенности морской стирки — универсальность метода, заключающегося в том, что разницы между палубой и робой (одеждой) не делается, все драится одновременно и блестеть должно «как у кота...». Есть и еще одно действо о котором непременно хочется рассказать. После полного завершения приборки на корабле, особо жаждущие раздеваются, ложатся на палубу и под всеобщее ликование остальных, кто не отважился, принимают «бодрящий душ» из пожарного шланга с забортной водой. Крики и визги, пена повсюду, а вокруг только счастливые лица. В такие минуты, все как один, от мала до велика, становятся как дети!

Лоцман на борту, и спустя несколько минут мы отшвартовываемся в порту Санта-Крус-де-Тенерифе.

Продолжение следует...